А дурные вести и в самом деле приходят иначе, она знала это.

Когда ужин с дядюшкой подошел к концу, когда песни и шутки остались в трапезной, которую Элея наконец покинула, она вдруг так отчетливо вспомнила, как именно беда постучалась в двери…

В тот день она, по обыкновению, рано проснулась и вышла в сад, когда солнце только-только поднималось над морем. Этот сад был значительно скромней того, что тешил взоры обитателей Солнечного Чертога. Но Элея любила его ничуть не меньше, а может статься, и больше… В нем была своя тайна, свое неповторимое очарование. Особенно осенью…

Медленно ступая по ковру опавших листьев, она любовалась их ажурным разноцветным узором и радовалась последнему теплу. Но была к этой радости примешана немалая доля печали: минуло уже более полугода, с того момента, когда Элея последний раз видела своего шута… И ни единой весточки — ни письмом, ни на словах. От осведомителей из Золотой она знала, что оклеветанный в убийстве принца, Пат подался в бега. И исчез. Никто не ведал, где он. Элея молилась о том, чтобы ее люди нашли шута раньше королевских сыскарей, но того словно демоны покрали.

Разлука была тяжелым испытанием, но еще хуже оказалась тревога об этом непутевом чудаке… Элея знала его достаточно хорошо и с трудом представляла, как избалованный дворцовой жизнью господин Патрик сумеет выжить за пределами чертога. Если только прибившись к каким-нибудь артистам, таким же сумасбродам не от мира сего… Но и все попытки найти его среди бродячих комедиантов ни чем не увенчались. Иногда Элее казалось, что он сам вот-вот объявится на Островах. Просто приплывет однажды утром на каком-нибудь торговом коге и заявится к ней в Брингалин как ни в чем не бывало…

Увы, мечты оставались мечтами, а наяву принцессу Белых Островов поджидали тревоги, да бесконечная грусть. И только годами отточенное умение скрывать свои чувства позволяло хранить это в тайне ото всех. Глядя на Элею, ее подданные, как обычно, видели сдержанную и, аж скулы сводит, до чего хладнокровную, наследницу престола.