— Конечно, соберемся, — уверенно проговорил де Ришло, — но послушай, сегодня, кажется, Марс сходится с Венерой?

— Нет, — быстро ответил Саймон, — с Сатурном. Именно поэтому все и собрались.

— А, с Сатурном! Мои познания в астрономии настолько убоги… но я что-то такое читал вчера в газете, а кроме того, одно время я сильно увлекался звездами. Не будет ли это нахальством с моей стороны просить тебя позволить нам взглянуть в твой телескоп? Мы задержим уважаемое собрание максимум на пять минут.

Саймон немного помедлил и энергично кивнул птичьим носом в знак согласия.

— Что ж, это, я думаю, можно устроить. Не все еще приехали. Пойдемте на крышу. — Затем, засунув руки в глубокие карманы брюк своего отлично пошитого костюма, он поспешно увлек друзей к выходу. Они быстро проделали путь наверх через три лестничных пролета.

Де Ришло шел медленнее остальных. Лестницы были одной из немногих вещей, выводивших его из себя. Но, как обычно, он был выдержан, а уж в данный-то момент и вовсе не хотел потерять равновесие. Когда они наконец добрались с Рексом до небольшого помещения на чердаке, Саймон уже зажег там все огни.

— Я вижу, ты капитально занялся этим делом, — обронил Рекс, обводя взглядом мощный телескоп, направленный вверх, и целый арсенал секстантов, сфер и прочих астрологических приспособлений.

— Эта наука не терпит неточностей, — охотно объяснил Саймон.

— Совершенно верно, — коротко согласился герцог, — но я бы хотел знать: а так ли уж необходимы в твоих исследованиях макрокосмические карты?

— А, ты об этих картах, — Саймон пожал узкими плечами и посмотрел на стены, — это так, для забавы. Средневековые реликвии глупых алхимиков. Я их использую в качестве украшения.

— Но как это разумно с твоей стороны украсить таким же образом и пол, — герцог задумчиво созерцал пятиконечную звезду, заключенную в две окружности, между которыми были тщательно выведены многочисленные таинственные надписи на древнегреческом и древнееврейском.