— Я думаю, неплохо, да? — Саймон кашлянул в кулак. Друзья прекрасно знали эту привычку, но сейчас это у него получилось неестественно.

Наступило неловкое молчание. В воцарившейся тишине все отчетливо услышали царапающий звук, исходящий изнутри большой плетеной корзины у стены.

— О, да у тебя тут мыши, — вырвалось у Рекса. Де Ришло, однако, замер в неподвижности там, где стоял. Внезапно он, до того как Саймон смог что-либо сделать, прыгнул к корзине и откинул крышку.

— Закрой сейчас же! — сердито закричал Саймон. Он молниеносно бросился к стене, захлопнул крышку, но было поздно.

^ Внутри герцог успел заметить двух живых птиц — черного петуха и белую курицу.

Охваченный приступом горького негодования, он схватил Саймона за шелковые отвороты и начал трясти его, как терьер треплет пойманную крысу.

— Ты — дурак! — возмущенно нападал герцог. — Да я бы скорее согласился увидеть тебя в гробу, чем в лапах у Черной Магии!

ДОКТРИНА ДЛЯ ПОСВЯЩЕННЫХ

— Руки., руки убери. — Саймон задыхался. Его темные глаза горели на ставшем смертельно бледным лице, и только нечеловеческим усилием он удерживал и прижимал к бокам до боли сжатые кулаки, не давая им ходу.

Еще мгновение, и он бы ударил герцога. Но Рекс, на голову выше любого из них, властно положил свои богатырские руки им на плечи и развел драчунов в стороны.

— Ну хватит же, разойдитесь. — Его спокойная, уверенная речь со знакомой американской интонацией сразу отрезвила ссорящихся друзей. Де Ришло развернулся на каблуках и отошел в другой конец обсерватории.

Саймон тяжело дышал. Он нервно хохотнул, шмыгнул клювоподобным носом и, разглаживая отвороты вечернего костюма, отрывисто сказал: