Рекс пришел в себя первым и сразу же схватил де Ришло за локоть.

— Клянусь церковью, это она! — прошептал он почти неслышно, будучи не в силах отвести глаз от высокой элегантной девушки, которая стояла в нескольких ярдах от входа в салон и разговаривала с Саймоном.

Три раза в течение последних восемнадцати месяцев судьба сводила его с ней. Необычное лицо, умное и красивое, глубоко посаженные глаза с тяжелыми ресницами, таившие в себе какую-то большую тайну, придавали их очаровательной обладательнице удивительное выражение вечности, определить ее возраст не представлялось возможным. Рекс поймал себя на мысли, что, несмотря на всю очевидную молодость, к ней бы как нельзя лучше подошло выражение стара как грех.

Впервые он ее увидел в одном из ресторанов Будапешта. Несколько месяцев спустя встретил снова, на этот раз их автомобили были зажаты рядом в автомобильной пробке в Нью-Йорке. И уж совсем непонятно, как она ему попалась навстречу едущая верхом с тремя спутниками по дороге в десяти милях от Буэнос-Айреса. И, наконец, здесь: совершенно экстраординарная встреча. Какая удача, что на этот раз Саймону просто придется представить его. Рекс улыбнулся.

Взгляд де Ришло был прикован к их общему другу. Резким движением Саймон повернулся и посмотрел в их сторону. Последовало секундное замешательство, полный, чувственный рот его широко открылся от удивления, нижняя челюсть почти целиком исчезла в белых складках галстука. Темные глаза выражали искреннее изумление и что-то уж очень похожее на страх, но Саймон тут же взял себя в руки и устремился навстречу, приветствуя друзей хорошо знакомой улыбкой.

— Дорогой мой Саймон, — голос герцога напоминал нежное мурлыканье, — извинишь ли ты нас за столь бесцеремонный визит?