- Руки в гору! Быстро! И без шуточек!

Бойцы с 'ППШ' на перевес быстро обезоружили и охрану, и милицию. Кто-то из солдат восхищенно причмокнул, разглядывая советский еще 'АКСУ'...

- Батя! Батяяяяяяяяяяяяя! - дед, полуослепший и глуховатый, даже через столько лет узнал знакомый голос командира роты.

- Ждал нас, Митька? Дождался! - и высокий статный офицер, заключил в сухие мужские объятья тщедушного старика.

Вокруг, уперев, винтовки и автоматы в толпу стояли его однополчане. Великан Опанас Кравчук, пулеметчик и забияка, балагур Саша Фадеев, с далекого сибирского городка, гармонист Петька Сафронов, всегда спокойный Ильхам Тубайдуллин... Все, он плохо видел, но он чувствовал, чувствовал, что они все здесь, все живые и родные. Все живые.

- Дядя Коля! Дядя Коля! - Митька ткнулся в плечо сержанту Ваганову и зарыдал. - Я ж тебя... Ложка... Ты ж...

- Нормально все, пацан! - Сержант осторожно приобнял старика.

Серьезные солдаты, в неуспевшей еще выцвести форме, улыбались и махали ему руками, но сразу, же снова подняв оружие, устремляли его в толпу.

Из толпы кто-то старательно выпихнул мэра. Тот ошарашенно оглядывал ухмыляющуюся пехоту.

- Ээээ... А по какому такому праву вы тут распоряжаетесь?

Вместо ответа мэр получил короткую очередь под ноги. После чего немедленно обмочился, взвизгнул и бросился обратно в кучу.

- Не по праву! - ответил мэру старший лейтенант. - По закону!

- По какому такому закону?? - за спинами своих замов мэр стал чуточку смелее.

- Военного времени, - старлей пожал плечами.

Кто-то из толпы чиновников выкрикнул:

- Какая война? Нет никакой войны!

- Для вас нет. Для нас есть, - отрезал офицер, сверкая на солнце погонами.