Внимание Тилара вернулось к стоящему перед ним человеку.

— Как я уже говорил, вы приняли меня за кого-то другого, сир.

В ответ рыцарь потянулся к пряжке на шее. Похожая на тень полоса масклина, трепеща, упала.

Тилар инстинктивно опустил глаза: только рыцарю дозволялось видеть лицо другого рыцаря.

— Посмотрите на меня, сир, — отдал приказ звучный, уверенный голос.

Тилар с содроганием повиновался.

Да, он не раз видел эти высокие скулы, светло-русые волосы и янтарные глаза. От юного рыцаря веяло солнечным светом и осенними полями — полная противоположность его собственным темным, сумрачным чертам. Время полетело назад, и в стоящем перед ним бородатом мужчине Тилар без труда узнал румяного мальчишку.

— Перрил…

В последний раз, когда он видел это лицо, его украшали только две полосы. Перрил был одним из трех юных сквайров в Ташижане на его попечении до… до…

Сердце свела боль, и Тилар отвел взгляд в сторону.

Рыцарь теней опустился перед ним на колено.

— Сир Нох.

— Нет, — помотал головой Тилар. — Я больше не сир. Просто де Нох.

— Нет, для меня вы всегда останетесь сиром.

Тилар отшатнулся:

— Поднимись с колен, Перрил. Ты позоришь себя и свой плащ. Выходит, я подвел орден и в этом простом деле. Я плохо подготовил тебя.

Он повернулся и отправился вниз по улице.

Позади раздались шаги. Перрил без труда нагнал его и пошел рядом.

— Всем, что у меня есть, я обязан вам.

Слова резанули Тилара, как удар кинжала. Он торопливо шел вперед, зная, что если и не сможет скрыться, то хотя бы попробует сбежать от воспоминаний.