– НЕТ!!! Масдай, садись!

Ковер, заложив вираж и распугав побоявшихся повторения атаки снизу умрунов, резко пошел на снижение и скрылся с глаз преследователей среди темно-зеленых лап старых елей.

Они боком-боком, но мягко опустились на толстый пружинящий матрас из старой травы и хвои.

– Ну, что теперь? – буркнул ковер. – Я между елок лавировать не умею.

– Мы скатаем и понесем тебя! – опрометчиво предложил Иван, но уже после первой попытки поднять его у него опустились руки вместе с ковром.

– Черт бы побрал этих… как их… умрунов? Сейчас они тоже спешатся и найдут нас! Хоть я лично и ни в чем не виноват ни перед ними, ни перед их царем, почему-то мне видеться с ними мне не хочется… Есть в них что-то такое…

И тут он вспомнил, что к нему весьма кстати присоединился специалист по волшебным наукам.

– Гм-м… Агафо… пус… Не могли бы вы что-нибудь придумать – сделать нас невидимыми, или облегчить Масдая, чтобы мы могли унести его одной рукой, или… Агафопус? Агафопус!..

Чародей стоял у кривой елки, уткнувшись в ее ствол лбом, и что-то тихонько страдальчески мычал себе под нос.

– Вам плохо? – моментально позабыв о своих проблемах, озабоченно подбежал Иванушка к нему. – Вы ранены? Или укачало?

– Нет… Мне хорошо… Мне очень хорошо… Лучше бывает только покойнику… – на Иванушку глянуло осунувшееся, неестественно побелевшее лицо, и без того румяностью не страдавшее, с черными тенями под отчаянными глазами, и он сразу поверил в слова волшебника. Пожалуй, покойники действительно выглядят лучше.

– Да что с вами?

– Надо бежать, Иван. Пока они нас не нашли. Бежать.

– Но Масдай…

– Единственное, что я могу сделать для нашего уважаемого транспортного средства – указать вон на то дупло. Спрячем его туда, забросаем ветками – и скорее бежать.