- Ну, тогда в этих редких взрывах нет ничего...

- Не говорите так, - предостерегающим тоном произнес Карсон. - Потому что Филпотт проповедует то же самое. Когда я порываюсь указать доктору на разрушительную направленность его действий, он начинает смеяться. Господи, да я просто ненавижу его. Он смеется!

Харрисон тоже отважился хихикнуть.

- Не так уж он плох, шеф. Благодаря ему наш университет на слуху.

- Наш университет, - холодно ответил Карсон, - был на слуху еще до того, как доктор Марлон Филпотт поджег свою парту в приготовительной школе.

- Ну, знаете ли, - молвил Харрисон, - может, впредь он будет осторожнее.

- Дудки. - Карсон допил свое "сан-джиминьяно". - Он провел пальцем по кромке фужера, и официант тотчас подбежал, чтобы налить еще вина. Карсон продолжал: - Нынче пополудни у меня очередная встреча с очередным страховым агентом, и все из-за маленьких шалостей нашего доктора Филпотта. Агента зовут Стайнберг. - Карсон вскинул брови, как бы говоря: "Вас это тоже касается", и поднял бокал. - Можете себе представить, как я жажду увидеть его.

Майкл Стайнберг был именно тем, что ожидал лицезреть Карсон. Истинный семит, что твой торговец коврами. Стой лишь разницей, что он оказался способен на сочувствие и понимание.

- В здешней тихой, приятной атмосфере, проникнутой духом познания, едва ли можно было ожидать несчастных случаев, какие бывают на производстве, сказал он. Стайнберг сгорбился в удобном кресле напротив голого стола Карсона и суетился над своими бумагами, будто наседка. - Университет Грейдинг, и вдруг - взрывы!

Вот именно. Наконец-то нашелся понимающий человек. Но кто он! Карсон хоть и был тронут его сочувствием, а все же знал, что негоже выносить сор из университетского городка.