- Ни один игрок не может брать кости со стола! - проревел тот. - Только моя ассистентка! Правила заведения!

Джо ответил ему коротким кивком и холодно сказал:

- Ставлю дайм без двух, - и, когда ставка была принята, выиграл кон. После этого он немного подурачился, выкидывая лишь “пятерки” и “семерки”, выжидая пока боль в руке не утихнет, а нервы не успокоятся. Все это время ощущение силы ни на секунду не терялось. Рука была как никогда твердой, а то еще и тверже.

Примерно в середине этой интермедии Большой Игрок чуть заметно, но с уважением склонил голову в сторону Джо, потом прикрыл свои бездонные глаза и повернулся, чтобы взять длинную черную сигарету у самой хорошенькой и самой злобной на вид девушки из своей свиты. Учтивость даже в мелочах, подумал Джо, это тоже признак магистра игры, в которой правит случай. Свита Большого Игрока производила, конечно, должное впечатление, хотя от взгляда Джо не ускользнуло, что один человек явно выпадает из общего ряда. Одетый в живописные лохмотья, юноша с чахоточным румянцем, лихорадочным взором и всклокоченной шевелюрой поэта.

Когда Джо посмотрел на вьющийся из-под черной шляпы дымок, ему внезапно показалось, что то ли огни над столом потускнели, то ли само лицо Большого Игрока стало темнее. У Джо мелькнула шальная мысль, не темнеет ли у того кожа от жара - как обкуриваемая пенковая трубка. От этой мысли ему стало почти смешно: уж чего-чего, а жара-то здесь хватало, в этом убеждал его собственный плачевный опыт, но ведь весь он вроде бы находился под столом.

Впрочем, все эти соображения, как обычные, так и не укладывающиеся в сознании, не ослабляли первого впечатления, что человек в черном очень опасен и задевать его не стоит. Даже если бы какие-то сомнения и возникли, то их тут же рассеяло происшествие, от которого у Джо по спине побежали мурашки.

Большой Игрок с аристократической небрежностью положил руку на бедро стройной девушки, у которой он брал сигарету, и стал слегка его поглаживать. И тут поэт с глазами, позеленевшими от ревности, метнулся к нему дикой кошкой и всадил длинный блестящий кинжал в черную атласную спину…