- Вам дается ровно одна минута на принятие решения - играть или не играть. По истечении срока игра начнется и будет сыграна, так или иначе!

Звезда стала переливаться всеми цветами радуги; в углу экрана, под левым звездным лучом, возник цифровой таймер и начал отсчет секунд.

- Не, в такую мы с Митькой не играли, - решил Сергей и пошел в туалет. Потом завернул на кухню, взял бидон и вернулся в комнату. Минута, видимо, уже истекла, потому что цифры исчезли.

Звезда тоже пропала, вместе с красными всполохами. Экран чернел космической пустотой, на фоне которой висели два рельефных оранжевых глаза с кровавыми прожилками, под ними плавал большой серый рот. Зрачки - узкие и вертикальные - то расширялись, то сужались. Было тихо, в динамиках даже не слышался обычный электрический гул.

- Странная игра, - поежился Петрович, - не детская, - и налил в кружку пива.

- Сергей Петрович, - гнусаво сказал рот, - вот теперь вам пить нельзя. Скоро начнется Игра.

- Что?! - Сергей пролил пиво, - что?! - он вскочил на ноги.

- Сидеть! - глаза вспыхнули, Петровича грубо швырнуло назад в кресло.

- Чур меня! - Сергей хватанул картридж, пытаясь выдернуть его из приставки. Руку отшвырнуло электрическим разрядом, в комнате запахло грозой.

- Что со мной? Что случилось? - Петрович попытался встать и не смог. Он словно прирос к креслу.

- Молчать, - сказал рот. Глаза на экране повернулись влево, вправо, осматривая квартиру.

- Дьявольщина, - прошептал Сергей. Если бы он мог, то перекрестился. Но руки приклеились к коленям.

- Может быть, - равнодушно согласился голос. Губы на экране искривились в усмешке: - Один. Хорошо.

- Отпусти...те меня, - взмолился Петрович. Его уже начало трясти от испуга, сердце подпрыгивало до ключицы, накатила удушающая тошнота.