Лайза постучала, но тут же раздался оглушающий лай.

— Заходи! Я в спальне! — крикнула из глубины дома Виолетта.

Лайза распахнула дверь, оттолкнула ногой щенка и прошла через гостиную в спальню Виолетты и Фоли. Лайза знала, что Фоли часто засыпает на кушетке, когда бывает пьян, что случается с ним теперь почти каждый день, особенно после того, как он ударил Виолетту по губам и она не разговаривала с ним несколько дней. Фоли терпеть не мог, когда она наказывала его молчанием, но в этот раз он чувствовал себя виноватым из-за того, что поднял на нее руку, и поэтому помалкивал. Всем, кто соглашался его выслушать, он говорил, что она сама виновата. Во всем плохом, что случалось с Фоли, был всегда виноват кто-то другой.

Бэби просеменила за ней в спальню — пушистый комочек энергии, приветливо виляющий хвостиком. Она была слишком мала, чтобы вспрыгнуть на кровать, поэтому Лайзе пришлось ей помочь. Кудрявая дочка Виолетты Дейзи лежала на кровати и читала комикс «Маленький Лулу», который Лайза дала ей в последний раз, когда оставалась с ней. Это было два дня назад. Дейзи, словно кошка, всегда находилась рядом с вами, притворяясь, что чем-то занята. Лайза присела на единственный стул в комнате. Когда она заглядывала в спальню несколько дней назад, на стуле стояло два коричневых бумажных пакета. Виолетта сказала, что собирается отдать некоторые свои вещи в благотворительный фонд, но Лайза, скользнув по ним взглядом, очень удивилась, что она решила избавиться от своих любимых вещей. Сегодня этих пакетов уже не было, и Лайза благоразумно промолчала — Виолетта не любила лишних вопросов. То, что считала нужным, она говорила вам без обиняков, а остальное — не ваше дело.