Услышав голос Тэннье, я сразу же представила ее себе: женщина лет за сорок, приятное лицо почти без макияжа в ореоле табачного дыма и темные волосы, зачесанные назад. Она работала барменшей, менеджером и иногда официанткой в маленьком полуподпольном баре, известном под названием «У Сники Питса». Название говорило само за себя: «Сники Питс» означает подпольно производимые и распространяемые алкогольные напитки низкого качества. Во время нашего разговора она, судя по всему, курила.

После обмена любезностями она сказала:

— Побеседуйте, пожалуйста, с моей подругой.

— Конечно. Без проблем. А о чем?

— О ее матери. Вы помните Виолетту Салливан?

— Нет.

— Подумайте. Наверняка вспомните. Сирина-Стейшн, северный округ. Она исчезла много лет назад.

— Да-да, припоминаю. Это случилось в сороковых годах, не так ли?

— Нет, не так давно. Четвертого июля 1953 года.

Когда мне было три года, подумала я. Сейчас сентябрь 1987-го. Мне в мае исполнилось тридцать семь, и я заметила, что стала соотносить время событий с собственным возрастом. Я начала что-то смутно припоминать.

— Там, кажется, было что-то связано с машиной?

— Муж незадолго до того, как она пропала, купил ей «шевроле-бель-эйр», и машина тоже исчезла. Большая машина — салон на пять пассажиров. Я видела такую на автошоу в прошлом году. — Я расслышала, как Тэннье затянулась сигаретой. — Ходили слухи, что у нее был роман с каким-то мужчиной и они вместе сбежали.

— Это случается каждый день.