— Заклеил бы стулья, а то ведь когда-нибудь сам грохнешься и еще раз покалечишься…

Павел благодушно проворчал:

— Заклеить не проблема, так ведь зимой опять сырость будет, а следующим летом они опять рассохнутся…

Ольга засмеялась:

— У тебя на все рациональный ответ есть… — и принялась быстро нарезать салат из помидоров.

Анна Сергеевна выставила на стол хрустальный рюмки, сказала:

— Как раз вино из малины устоялось. Вот и устроим маленький праздничек.

Павел разлил вино по рюмкам, поднял свою, вдохнул слабый, но приятный малиновый аромат, прижмурился. Тем временем Ольга разложила грибы и картошку по тарелкам. Анна Сергеевна проговорила:

— Лучше бы грибы с картошкой помешала, меньше бы пошло…

Ольга засмеялась:

— Разок можно не экономить, зато повкуснее поесть… — она села на свою табуретку, взяла рюмку, понюхала: — А ничего аромат…

Павел проговорил, вдруг вспомнив ни с того ни с сего:

— В литературных и окололитературных кругах тост ходит: за нас с вами и за хрен с ними…

— А что, хороший тост, а главное злободневный, сказала Ольга серьезно и медленно вытянула вино.

В отличие от судьбы-злодейки, жизнь продолжала одаривать Павла маленькими радостями: грибы с картошкой как всегда были восхитительны, малиновое вино спустилось в натруженные ноги приятной истомой и наполнило все тело легким теплом, рядом уписывал за обе щеки грибы сын, здоровый и крепкий, несмотря ни на что. Ольга с Анной Сергеевной тоже с энтузиазмом работали вилками. Павел разлил вино по рюмкам, выпил свою уже без тоста, деликатно закусил одним ломтиком колбасы, все остальное оставив Денису; знал, как он любит колбасу. Вот ведь ирония судьбы: Павел в детстве тоже страшно любил колбасу, но не всегда она ему доставалась, в то время дефицитом была, да и сроду не продавалась она в деревенских магазинах. Родители, когда по делам в город ездили, привозили иногда. А сейчас колбасы в магазинах — завались, но нет денег, чтобы хоть раз в месяц себе грамм по сто позволять, на хлеб и постное масло не всегда хватает.