— Да, придется, — согласилась Росянка. — А вообще-то, Перст с ними, с бутылками. Сегодня, кажется, в городе всюду митинги намечаются. Какое сегодня число?.. Ах, ну да, вы же… Хотите пойти? Я пойду, интересно. А вы сидите тут, чай пейте. А там история творится. А вы чай пьете. Сегодня — и пьете чай! С вами не соскучишься. — Росянка хитро улыбнулась. — Ни Перста они не понимают.

— Послушай, дорогая, — не выдержал Серго. — Ты тут не выражайся!

— Ни Перста ни понимаете! — нарочно повторила Росянка и ушла.

— Ненавижу ее, — сказала Марго.

— Хочешь, еще чаю налью? — предложил Ладо-до, с опаской вглядываясь в каменное лицо Марго.

— И ее ненавижу, и ее жаргон этот переселенский, — продолжала Марго. — И рожу ее розовую, стервозную.

— Узнать бы, что это за Перст такой, — проговорил задумчиво Серго-го. — Чего они все время Перстом ругаются? Эвфемизм, наверное…

— Марго, ты чаю хочешь? — снова спросил Ладо.

— Нет… Да… Хочу. — решила Марго.

— Зря ты тратишь свои эмоциональные ресурсы на Яника, — сказал Ладо, подливая кипяток в заварку. — Он слабохарактерный, а Росянке только того и надо.

Прежде чем Марго придумала, что ему ответить, в палатку влетел красный Ян Кайзер. Он сел на краешек матраса, посмотрел на Марго и сказал:

— Вы тут чай пьете… А там история вершится…

Марго отметила про себя, что Ян совсем не запыхался, стало быть красен по причине столкновения с Росянкой и пребывания в ее настойчивых объятиях.

— Анархотеп — слыхали про такого? — спросил Ян, снова глянув на Марго и пытаясь угадать, почему она не отвечает.

— Нет, а кто это? — встрепенулся Серго-го.

— Партия любителей анархии. Анархотеп их возглавляет, вроде бы. — поделился своей оосведомленностью Ладо.

— Быть такого не может, — не поверил Серго-го.

— Исчезнет в сорок восемь часов, — сказала Марго, злорадно кивнув, — как и все остальные.