Я был здесь в тот день. Я - помню.

Помнили это и Гоблин с Одноглазым, и Ведьмак, и Масло. Особенно Одноглазый. Именно на этой равнине он уничтожил чудовище, убившее его брата.

Я вспомнил грохот и топот, вопли ужаса и все страсти, описанные военными колдунами, и, не в первый уж раз, подумал:

- Так ли уж мертвы все те мертвые? Слишком легко ушли...

- О ком ты? - поинтересовался Одноглазый, которому для того, чтобы держать Госпожу зачарованной, вовсе не нужно было напрягаться.

- Об Взятых. Порой вспоминаю, каких трудов стоило отделаться от Хромого. А потом приходит мне на ум: отчего так много Взятых так легко поддалось? Все дела решились за пару дней и, в большинстве, там, где я этого не видел. Потому-то я и думаю иногда: может, обман? И два-три до сих пор где-то поблизости?

- Костоправ, - квакнул Гоблин, - да ведь они действовали по шести разным планам одновременно! Вот сами же друг друга и...

- Однако я лично видел уход только двоих. А из вас, ребята, никто не видел, как ушли прочие. Только слыхали об этом. А если под шестью планами был скрыт седьмой? А если...

Тут Госпожа как-то странно взглянула на меня. Похоже было, что она не задумывалась об этом раньше, и теперь мои мысли вслух ей очень не понравились.

- По мне - так они достаточно мертвы, - сказал Одноглазый. - Я видел уйму тел. А вон, сам посмотри, их могилы отмечены.

- Это еще не значит, что в могилах кто-либо есть. Ворон дважды умирал на наших глазах. А чуть отвернешься - живехонек. Живее некуда.

- Если пожелаешь. Костоправ, - сказала Госпожа, - я разрешаю тебе выкопать их и убедиться.

Судя по выражению в глазах, это она меня мягко пожурила. А может, даже поддразнила.

- Ладно. Как-нибудь, от нечего делат...

- Кхгм! - кацглянул Мурген. - Ребята, вы о чем-нибудь другом не могли бы?