Словом, перед потрясенным Виктором возвышалась не просто статуя - это был идол страшно злого и коварного божества. Долгушин опустился на землю и обхватил руками колени. Ему стало не по себе. Создать такую скульптуру могло только разумное существо. Какая потрясающая точность передачи всех черт! А выражение абсолютного, всепоглощающего гнева? Надо быть гениальным мастером, чтобы так суметь его отобразить. И не просто отобразить, но и придумать, так как Долгушин, по характеру спокойный и выдержанный, вовсе не был подвержен припадкам гнева. Что же отсюда следует? Термиты - разумны? Невероятно! Фантастика! А он, Долгушин, спокойно ходил по этим созданиям и двигал их дома, как хотел! Виктор вскочил. Нельзя было больше так сидеть. Ему казалось, что на него сейчас смотрит вся Вселенная, ожидая его следующего поступка, что триллионы разумных существ приготовились либо рукоплескать в случае удачного решения, либо освистать Долгушина, если он их разочарует. Да, необходимо было что-то делать. Но что именно? От сознания своего бессилия и неподготовленности Долгушин готов был провалиться сквозь землю. Неожиданно вспыхнула мысль: а вдруг все это бред, и в термитах на самом деле разума не больше, чем в земных муравьях? Увидев спешащего по своим делам термита, Виктор, медленно наклонясь, протянул к насекомому руку. Термит попятился, вскинул над головой длинные передние ноги и скрестил их, как будто пытался защититься от могущественного врага. До чего же этот жест был знаком Долгушину! Как бы поступил человек Средневековья, доведись ему увидеть некое сверхъестественное существо? Наверняка осенил бы себя крестным знамением! Вот на что походило испуганное движение термита! Долгушин потер лоб. Да, теперь многое прояснилось. Термиты разумны! Цивилизация их, по аналогии с земной, занимает временной отрезок, примерно соответствующий античности. Науки еще не достигли надлежащего уровня развития, отсюда - невежество и религиозный фанатизм. Однако искусство уже находится на довольно высокой ступени.