Он замолк в изумлении. Кажется, он только что произнес речь.

- Вы говорите в точности как в книгах, - проговорила она со священным ужасом в голосе.

Он рассмеялся.

- Я сказал нечто подобное первый раз в жизни. Во всяком случае, вслух.

- Что вы делали после того, как ваша мама... после ее смерти?

- Продолжал мотаться, - ответил он коротко. - Ешьте мороженое.

Она послушалась.

- Кое-что все-таки изменилось, - начала она, помолчав. - Мистер Спенсер умер. Вы помните его?

- Конечно. Каждый четверг тетя Синди выбиралась в город за покупками к Кроссену, а потом мы с ней заходили сюда. Она выдавала мне пятицентовик, завернутый в платочек.

- В мое время это уже был десятицентовик. Вы помните, что мистер Спенсер обычно говорил?

Бен согнулся, ревматически скрючил руку, паралитически искривил рот и прошептал: "Хо, пузырь! От этих сластей твой пузырь скоро лопнет, парень".

Ее смех взлетел вверх к медленно крутящемуся вентилятору. Мисс Куген бросила на них подозрительный взгляд.

- Это восхитительно! Только меня он называл крошкой.

Они в восторге смотрели друг на друга.

- Послушайте, как вы насчет кино вечером? - спросил Бен.

- С удовольствием.

- Какое ближе всех?

Она хихикнула:

- Декорированный мною "Кинекс" в Портленде.

- А еще? Какие вы любите картины?

- Что-нибудь волнующее, с автомобильной погоней.

- А помните "Нордику"? Прямо здесь, в городе.

- Еще бы! Его закрыли в 1968-ом. Я ходила туда школьницей. Мы швыряли в экран коробки из-под попкорна, когда фильм был плохой. - Она снова хихикнула. - Обычно коробок не хватало.

- Там показывали старые сериалы, - вспомнил он. - "Человек-ракета", "Крушитель Гэллахен", "Вуду - бог смерти"...

- Я этого не застала.