Свое оригинальное имя город получил от чрезвычайно прозаического события. В давние времена жил в городе некий фермер по имени Чарльз Бликнеп Тэннер. Он разводил свиней. Самая большая свиноматка носила имя Джерусалем (Иерусалим). В один прекрасный день она проломила загородку, вырвалась на свободу в ближайший лес, где у нее сильно испортился характер. Тэннер на годы приобрел обыкновение предостерегать маленьких детей от своей собственности, перегибаясь через забор и каркая зловещим голосом: "Эй, держись-ка подальше от Иерусалимской округи, коли хочешь сохранить кишки в животе!" ["Джерусалемз Лот" означает "Иерусалимская округа", но слово "лот" может также значить "люд" и "судьба"] Предостережение вошло в привычку, название тоже. Вот так в Америке даже свинья может достичь бессмертия.

Главная улица, прежде известная как Портлендский почтовый тракт, в 1896 году получила имя Элиаса Джойнтера. Джойнтер, пробывший членом Палаты Представителей целых шесть лет (до самой своей смерти от сифилиса в пятидесятилетнем возрасте), ближе всех подошел к роли исторической личности, которой Лот мог гордиться, - за исключением свиньи Джерусалем.

Брок-стрит пересекала Джойнтер-авеню точно в центре города и точно под прямым углом, а сам город образовывал почти правильный круг, лишь слегка выпрямленный на востоке речкой Роял. На карте все это очень походило на телескопический прицел.

Северо-западный сектор, или Северный Джерусалемз, был самой высокой и лесистой частью округи. Гряда холмов медленно спускалась у города, и на последнем из этих холмов стоял Марстен Хауз.

На северо-востоке лежали открытые земли. Роял текла, сияя на солнце, под маленьким деревянным Брокским мостиком, через сенокосы, мимо каменоломен, счастливо избегая пресловутых загрязнений. Единственным промышленным предприятием, которым Лот мог когда-либо похвалиться, была лесопилка, давно уже закрытая.