- Выдумка, - Перкинс отложил нож и вздохнул.

- Флойду Тиббитсу не понравится, что какой-то тип проводит время с его женщиной.

- Они не женаты, - возразил Перкинс. - И ей больше восемнадцати.

- Флойду это не понравится.

- По мне, Флойд может нагадить себе в шляпу и носить ее вверх ногами, - сообщил Перкинс. Он смел пепел со ступеньки, достал из кармана коробочку и спрятал туда окурок.

- Где этот писатель живет?

- У Евы, - Перкинс внимательно рассматривал поцарапанный палец. - Он заглядывал как-то в Марстен Хауз. Забавная у него была физиономия.

- Что значит забавная?

- Забавная и все. - Наслаждаясь солнцем, Перкинс достал новую сигарету. - Потом он навестил Ларри Кроккета. Хочет снять дом.

- Марстен Хауз?

- Ну.

- Он что, чокнутый?

- Может быть, - Перкинс смахнул с колена муху и проследил, как она унеслась, жужжа, в солнечное утро. - У старины Ларри нынче дел по горло. Я слыхал, он взял и продал Городскую Лохань. Уже пару дней, как продал.

- Что, эту старую прачечную?

- Ну.

- Да какому дьяволу она могла понадобиться?

- Не знаю.

- Ладно, - Нолли встал и подтянул пояс, - схожу, пожалуй, обойду город.

- Давай, - Перкинс зажег сигарету.

- Пойдешь со мной?

- Нет, я лучше посижу.

- О'кей. Пока.

Нолли спустился с крыльца, удивляясь, когда же наконец Перкинс уйдет на пенсию, чтобы он, Нолли, смог работать на полную ставку, а не на половинную, как до сих пор. Как, во имя Бога, можно расследовать преступление, сидя на ступеньках здания муниципалитета!

Перкинс следил за ним с ленивым удовлетворением. Неплохой парень Нолли, но страшно беспокойный. Перкинс достал нож и опять принялся за ногти.

Джерусалемз Лот был основан в 1765 (двухсотлетие отпраздновали фейерверком в парке, водворением шестерых пьяных в городскую кутузку и подожжением маскарадного костюма маленькой Дебби Форестер при посредстве отлетевшей искры), за добрых двадцать пять лет до того, как Мэн сделался штатом Америки.