Советник негромко охнул и мигом переключил все внимание на натянувшуюся леску. Он повел удилищем в сторону, затем умело подсек добычу, и считанные секунды спустя трепещущее серебристое тело форели шлепнулось на траву.

— Солнце садится, — тоном большого авторитета заметил Президент, — сейчас самый клев пойдет. Кстати, ты заметил, Рик, что в этом году совершенно нет комаров? Раньше, бывало, в это время не продохнуть от них, без мази в лес и не сунься, особенно если на другой день выступать перед камерами…

— Не совсем так, шеф, — Пальмерстон позволил себе улыбку превосходства. — Комары как таковые никуда не делись. Просто появился какой-то новый вид, который, похоже, полностью вытеснил наших старых знакомых. У этих чуть по-другому устроены крылья, поэтому человеческое ухо их не слышит.

— И что же они, не кусаются?

— Кусаются. Только используют другой анестетик — вещество, которое комар впрыскивает жертве, чтобы та не чувствовала укуса. Новый, в отличие от прежнего, не дает аллергической реакции, поэтому мы не замечаем укуса ни до, ни после.

— Интересно. Откуда же они взялись?

— Я не занимался этим вопросом, я же не энтомолог. Кажется, из Африки.

— Из Африки? — Президент нахмурился. — А СПИД они не переносят?

— Нет, ничего такого. Ни СПИДа, ни малярии, ни другой заразы.

— Ну, раз они такие безобидные, пусть кусаются, — разрешил Президент.