Зеленгаг вошел в хижину и жестом пригласил Унзугалока войти. Внутри был полумрак и пахло кровью. Хижина была просторной: в ней могли поместиться восемь зуаквалов и устроить хорошую драку. Стены хижины были изготовленыиз коры, а потолок из листьев иса, как любая другая постройка в их племени. Только ризиолоки строили свои дома из камня, даже не строили - жили в горных пещерах, чем выказывали свою глупость, неумение лазать по деревьям и обрабатывать самый податливый и благородный материал. Сурахей был здесь. Он лежал на деревянном ложе, на котором обычно режут канало и других крупных животных, связанный по рукам и ногам. Лицо его скрывала корка запекшейся крови - некрасивое лысое лицо, как у всех сурахеев. Было видно, что его били. Возле ложа стояло три зуаквала. Один из них, самый высокий и мохнатый, несомненно был Алсулзуком. - Здравствуй, Алсулзук, - поприветствовал вожака племени Унзугалок. Расскажи о своей удачной охоте. - Здравствуй, Унзугалок. Хорошего сурахея я поймал? Отличного сурахея! Он вышел из летающей пещеры и сделал жест угрозы, - Алсулзук показал лохматую ладонь. - Я принял угрозу и ударил его вот так! И Алсулзук показал, как именно он его ударил. Показал на самом сурахее. Уродливый пришелец выдавил стон, и голова его скатилась на бок. Один из двух спутников Алсулзука приник ухом к груди сурахея. - Сдох! - заключил он, и все в хижине от радости принялись друг друга метелить. Когда зуаквалы подавили приступ радости, Унзугалок покачал хвостом. - Зачем же вы ему морду испортили? - Сойдет и так, - Алсулзук принялся развязывать веревки, сковывавшие запястья сурахея. - Унзугалок, хочешь быть отбирателем?

Энрико стоял у открытого шлюза. За ним виднелась новая планета, с отличным климатом, которую в скором времени начнут колонизировать. Энрико любовался полем с фиолетового цвета травой и высокими деревьями с зонтичными бархатистыми кронами.