- Извини меня, Гарри. Не обращай внимания. Я такая дура. Это только... Именно этого я все время боялась, знаешь. Я лежу здесь, а ты уходишь к себе домой.

Он вернулся, подсел к ней на край кровати, некоторое время молча смотрел на нее. Большая волна нежности захлестнула его, и он пообещал:

- Осталось совсем немного. Поверь мне, я что-нибудь придумаю.

Подъезжая к дому, он действительно твердо решил поговорить с Ниной начистоту. Но едва он переступил порог своей квартиры, как все мигом разрушилось, точно карточный домик. Нина стояла на кухне, она уже закончила мыть посуду и как раз смазывала кремом руки. Неожиданно она пришла ему на помощь.

- Что-то поздно ты сегодня, - констатировала она.

Ему показалось, что в ее голосе он уловил иронические нотки.

- Я уже звонила тебе на работу. Мне сказали, что в бюро ты не задерживался, - добавила она с улыбкой.

Он оставался стоять там, где стоял, и принимал на себя удар.

- Ты ведь в последнее время часто приходил домой так поздно, - продолжала Нина. - Естественно, я не могла не задаться вопросом, чем же ты там таким занимаешься.

Она улыбалась, массировала ладони.

- У меня уже и ответ есть. Ей чуть больше двадцати, и она довольно смазлива.

Гарри не в состоянии был оторвать глаз от ее рук. Этот вид мнущих одна другую ладоней сжимал ему глотку.

- Вот что я тебе предлагаю, - сказала Нина. - На какое-то время мы расстанемся. Так у тебя будет возможность спокойно обдумать свое решение. Чемодан я тебе уже упаковала. Он стоит в спальне.

В этих словах не слышалось гнева, не слышалось оскорбленной гордости. В них слышалась просто Нина. Как побитая собака, прокрался Гарри в спальню, поднял чемодан с пола и понес его к двери.