Страшно, до каких зверств может додуматься человек! Всегда для себя оставлял гранату. Чтобы если что - сразу насмерть! Лишь бы не попасться им живым… Сюда приехал – все другое! И отношение к нам тоже. Думали, что приедем героями, с честью выполнившими свой интернациональный долг. Оказалось, нет… Нам говорили: "Мы вас туда не посылали"! Поначалу все кипятился, норовил такому гаду морду начистить. Потом смирился, успокоился. А ты говоришь, очередь на квартиру… Ладно, Ваня, давай-ка, допьем, что ли!

Толик разлил остатки водки по рюмкам. Мы выпили. Только эта рюмка, похоже, была лишней для меня. Проглотил водку, но почувствовал, что жидкость не провалилась в желудок, а поднимается обратно. Я попытался добежать до унитаза, но не успел. Меня вырвало прямо на кухне…

Потом мы вдвоем с Толиком убирали то, что я там натворил. Хуже всего пришлось моим штанам. Они были безнадежно испачканы.

– Это у тебя с непривычки, - сказал Толик, очищая штаны водой. - Ну, ничего. Сейчас все поправим.

А я в это время сидел в одних трусах на табуретке. Мне было очень плохо. Перед глазами все вращалось, время от времени комок подступал к горлу, и я опять бежал в туалет. А Толик, закончив чистить мои штаны, сушил их утюгом…

Когда он привел меня домой (а живем мы в соседних квартирах), моя мать ничего не сказала. Но по ее виду я понял, что зреет буря. Я попытался выпрямиться и не качаться, но это у меня плохо получалось. К тому же на пути все время попадались какие-то предметы, которые раньше никогда не мешали моему передвижению по квартире. Так что возразить на совершенно справедливые упреки матери мне было нечего. Я просто пошел и завалился спать. Но меня все время не покидало чувство, что во сне Толика была какая-то немаловажная деталь, которую я упустил. Так и не вспомнил, какая…