– А для сочувствующего, не достигшего просветления, эти знаки могут оказаться источником эстетического удовольствия?

– Это высшее наслаждение - созерцать древние смысловые символы.

Следующий свидетель выглядывает из-за занавески капельного душа.

– Господин Лянь Цзынь, вы являетесь сотрудником полинезийского отделения Института каллиграфии?

– Да.

– Скажите, можно ли получать удовольствие от начертания символов, использующихся в тексте?

– Совершенно верно. Факультет воспроизведения готовит специалистов подобного плана.

– А можно ли получить удовольствие от рассматривания подобных символов?

– Да, этим занимаются выпускники факультета созерцания.

– При этом символы должны быть начертаны мастером? Или они могут быть воспроизведены автоматически, как при печати или отображении на видеоэкране?

– Не имеет значения.

– Могут ли в качестве таких символов рассматриваться знаки, составляющие информацию "текст"?

– Вполне.

Адвокат встает. Похоже, он находится на киберстадионе, потому что за его спиной утрированно-квадратный робот методично забрасывает в кольцо баскетбольный мяч.

– Высокий суд, достопочтенные присяжные. Вы сами убедились, сколь несерьезны и надуманны свидетельства виновности моего подзащитного. Вы сами видели возвращенные им книги и могли убедиться, что ни одной из них не причинен вред. Моего подзащитного пытались представить нарушителем закона, в то время, как он - утонченный эстет, получающий истинное удовольствие от созерцания знаков, составляющих информацию, которую много веков назад назвали текстом. Он наслаждался видом и смыслом каждого из значков, именуемых буквами, и их последовательностей, возводящих литературу в ранг изобразительного искусства.

Нарастающий шум почти перекрывает его голос. Судья просит убавить громкость внешних звуковых эффектов.

– Таким образом, ваша честь, господа присяжные, Ринату Хлопову можно вменить в вину только и исключительно интерес к истории и искусству, но за это, насколько мне известно, уголовная ответственность не предусмотрена.