В общем, меня за руки что-то схватило и потянуло к себе, повторяя утробным голосом моё имя. Дыхание свело тут же. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. И в тот момент, когда уже решил, что меня это что-то утянет туда, куда оно меня тянуло — я заматерился. Да так, что услышь меня предки — остолбенели бы от того, как их сын, оказывается, хорошо владеет древней лингвистической магией. Но вот то, что пристало ко мне — разом отпустило, отшатнулось, и тут же я перестал чувствовать присутствие этой твари рядом. Хм, я потом размышлял — если это просто глюк был, то почему он именно от матов прекратился? А может просто в «расширенном» состоянии наш мозг «задевает» какие-то другие миры, и их сущности пытаются затащить нас в свою обитель ещё и физически? Ну, или может им достаточно просто «перекусить» нашим страхом… Не мешало бы и мне чем-нибудь перекусить…

Из-за густых зарослей кустарника, раскинувшихся впереди, на меня с остервенением бросилось нечто чёрное, размером примерно с полтора льва. Я тут же метнулся в сторону и закопался в ветвях разлапистого куста, одного из тех, на которых пышными гроздьями висят оранжевые ягоды. Правда, помимо ягод на нём полно и колючек, что я знал ещё с первых дней нахождения в этом мире, но теперь особого внимания на такой нюанс не обратил. Протиснулся как можно глубже в ветки и только после этого развернулся и уставился на происходящее.

Вслед за чёрной ревущей массой из зарослей выскочили пятеро здоровяков с огромными дубинами наперевес. Эта орава пронеслась мимо, шумно сопя и продолжая при этом ругаться, как строители. Вопреки расхожей присказке, сапожникам до этих виртуозов матерного жанра ой-как далеко.

То, что пыталось от них скрыться, разглядеть не особенно получалось. Понятно было одно — это какая-то огромная лохматая зверюга иссиня-чёрного окраса, которая полностью запутана в толстую ловчую сеть. К сети этой снизу были привязаны огромные камни, и зверюга с отчанным рёвом тащила их за собой.