Появившееся желание заняться магическим узлом я с сожалением отверг. На работу с ним тоже уходила обычная физическая энергия, а она мне ещё понадобится. Поэтому я просто продолжил свои скитания по лесу, решив уже не особенно мудрить с ориентирами. Куда выйду, туда и выйду. Разве мне не всё равно?
Так и пролетело время до вечера, шаги, шаги, хруст веток внизу, шёпот листьев вверху. Когда начало темнеть, я уже привычно отыскал подходящее место, развёл костёр и развалился рядом с ним на куртке, с не особенной радостью думая о завтрашнем дне. Ведь с самого его начала я уже мог считать себя вне закона.
Глава седьмая
Ольджурия, Северный Доргон, замок Вир’СторовЕдва диск дневного светила коснулся горизонта, Вирон’Стор, стоявший посреди мощеной площадки перед невысоким донжоном, взревел бешеным крогом.
— Этот чревлов сын всё-таки обманул меня!
— Не надо было его вообще отпускать, — меланхолично ответил ему брат, и махнув рукой, подозвал стоявшего шагах в двадцати раба. Тот замельтешил вперёд, оставаясь при этом в глубоком поклоне. — Что там у нас на вечернюю трапезу? — спросил Вирог’Стор и ту же прикрикнул. — Ниже сгибайся, шельма!
Раб покорно пригнулся с пущим подобострастием и залепетал список блюд приготовленных на ужин.
— Заткнись! — проревел на него Вирон, и подойдя, отвесил оплеуху. Раб замолк, а Вирог хохотнул и добавил несчастному с другой стороны.
— Как ты можешь думать о жратве? — Вирон покачал головой. Обратившись к брату, он продолжал смотреть на схватившегося за щёку раба. Тот держался за ту, куда прилетела именно его оплеуха. Хороший раб, знает кто хозяин. — Ты понимаешь, этот ублюдок надул нас. Светило уже заходит, а его нет.