Из Кроми я выбрался под вечер, придержал Асгата, глядя на открывшееся передо мной пустое пространство. Снежная степь, и лишь вдалеке, чуть правее, чёрная полоса леса. Ни дороги, ни одного следа. А если и были, то замело давно. Ветерок здесь гулял хороший, поднимая сизоватую позёмку, отчего казалось, что это и не заснеженное поле вовсе, а огромное волнующееся озеро.

Направив скакуна прямо в снежные волны, я оглянулся в последний раз и мысленно поблагодарил Кромь. То, что это была именно она… Более толкового объяснения придумать у меня не получилось. Наверное, эта девочка — она проявление самой Кроми. Точнее, одно из проявлений. Есть ведь ещё и Старший. А предел, о котором она сказала… Кажется, я понял. Добро, зло… и полное отсутствие того и другого. Бесчувствие, пустота. Думаю, она говорила об этом. Или нет…

Лог рысил сквозь позёмку, высоко вскидывая ноги, и настороженно глядя вниз, как будто боялся в любой момент провалиться. Я похлопал его по шее, проговорил замерзающими губами что-то ободряющее, потрогал их пальцами. Мозг тут же отбросил размышления о Кроми и переключился на более важную тему. Это тебе не личные покои с мягкими перинами и толстыми шерстяными одеялами, здесь нужно думать, как переночевать. Куртка у меня, конечно, тёплая, и сапоги с мехом, но всё равно засыпать на таком морозе страшновато. Ведь можно и не проснуться.

Тёмная полоса леса приближалась, но при этом, не вырисовываясь чётче.