— И что это значит? — заинтересовался Альгар.

— Вздох, — повторил я на языке демонов, сообразив, что ляпнул название на ольджурском.

Сэт задумался, помешивая вилкой маканку.

— Не пойму при чём тут дыхание? — сказал наконец и положил в рот очередной размокший в вине кусочек. — Хотя… Ты не обращай внимания на наших, я завтра объясню им, кто ты, и они перестанут глазеть. Вот только не знаю — сказать, что ты путешественник… Прости, но почему ты не имеешь с собой записей?

— Это долгая история, — я легонько отодвинул тарелку с мясом, и чтобы избавиться от приторной солёности во рту, снова вернулся к размоченному в вине хлебу. — Даже не знаю с чего начать.

— Как говорит наш мудрец Фалар — «ценность любого начинания познаётся лишь по завершении дела. Потому как нет отдельно начала и конца, а есть единое».

Пытаясь понять, я на секунду завис, но тут же завязал с размышлениями над местными философскими афоризмами, и сосредоточился на предстоящем вранье, потому как правду говорить не собирался.

— Как я уже и сказал — я путешественник, — краем глаза увидел Рунга, тот проскользнул вдоль стенки и скрылся в другом прикрытом пологом проходе. — Решил побывать во всех известных нашим мудрецам странах, увидеть народы, населяющие их, понять их обычаи.

Альгар подался вперёд, уткнул локоть правой руки в колено, кулак в подбородок, и стал похож на Роденовского «Мыслителя».

— По нашим сведениям Отум населяют три человеческих расы — ольджурцы, руанцы, вальтийцы, и две иные. То есть демоны и вы. А так же множество других, небольших числом или не особенно значимым на политической арене…

Пока я дошёл до того момента, как попал в Чит-Тонг, путешествуя по Зыби, лицо Альгара успело сменить выражение с очень заинтересованного на крайне недовольное. Пришлось ускорить темп повествования.

— В Чит-Тонге приняли меня спокойно, разрешили посетить их библиотеку. Я прожил там два дня, и на вторую ночь началось что-то странное. По всей видимости, у них там произошёл переворот…