Эллен Клиари покачала головой и отошла в сторону.

– Для меня это слишком страшно. – Она попыталась улыбнуться.

– А вы откуда это знаете? – выпытывала Крис у молодого иезуита. – Если черная месса существует на самом деле, кто же будет о ней рассказывать другим?

– Мне кажется, – ответил Дайер, – подробности узнают от разоблаченных сатанистов: они сами признаются во всем.

– Перестань, – перебил его декан. – Эти признания ничего не стоят, Джо. Их же пытают.

– Нет, только слабых, – возразил Дайер.

Гости нервно рассмеялись. Декан взглянул на часы.

– Ну, мне пора, – обратился он к Крис. – В шесть часов у меня месса в часовне Дальгрен.

– А вот у меня музыкальная месса. – Дайер улыбнулся.

Затем уставился в пространство за спиной Крис и тихо добавил:

– Мне кажется, у нас гостья, миссис Макнейл.

Крис оглянулась и в ужасе замерла. Регана, стоя в одной ночной рубашке, обильно мочилась на ковер. Она уставилась пустым взглядом на астронавта и произнесла безжизненным голосом:

– Там, наверху, ты и умрешь.

– О Господи! – в страхе воскликнула Крис и бросилась к дочери. – О Боже, о моя крошка, пошли, пошли скорей со мной! Она схватила Регану за руку и увела ее, на ходу бросая робкие извинения мертвенно-бледному астронавту:

– О, извините ее! Она больна, она, наверное, и сейчас спит на ходу! Она не понимает того, что говорит!

– Да, нам, пожалуй, пора идти, – обратился к кому-то Дайер.

– Нет-нет, оставайтесь, – запротестовала Крис, оглянувшись на гостей. – Пожалуйста, оставайтесь! Все в порядке, я через минуту вернусь!

Около кухни Крис остановилась и попросила Уилли смыть пятно на ковре. Потом она проводила Регану в ванную, подмыла девочку и сменила ей ночную рубашку.

– Кроха, зачем ты сказала это? – Крис пыталась добиться ответа у Реганы, но та ничего не понимала и бормотала какую-то несуразицу. Глаза ее были затуманены и, казалось, ничего не видели.