– Вы это серьезно?

Мэри Джо замолчала. Затем из темноты донесся ее монотонный голос:

– Крис, в Баварии жила одна семья. Это случилось в 1921 году. Я не помню фамилии. Их было одиннадцать человек. Вы можете проверить это по старым газетам. После одного спиритического сеанса они все сошли с ума. Все сразу.

Одиннадцать человек. В буйном веселье они подожгли свой дом. Когда была сожжена вся мебель, они хотели сжечь трехмесячного ребенка одной из младших дочерей, но соседи успели вмешаться и остановили их. Вся семья, – закончила миссис Пэррин, – была помещена в сумасшедший дом.

– О Боже! – воскликнула Крис, вспомнив про капитана Гауди. Теперь увлечение дочери приобретало жуткий смысл.

Безумие. Неужели правда? Что-то в этом было. Я же говорила, что нужно показать ее психиатру!

– О, ради Бога, – воскликнула миссис Пэррин, выходя на свет, – вы не меня слушайте, а своего доктора!

В ее голосе чувствовалась уверенность. Она пыталась успокоить Крис.

– Я предсказываю будущее, но насчет настоящего я абсолютно беспомощна. Миссис Пэррин порылась в своей сумочке.

– Где же мои очки? Я их опять положила не на место. А, вот и они. – Мэри Джо нашла их в кармане пальто.

– Очаровательный домик, – заметила она, надев очки и взглянув на фасад дома. – От него веет теплом.

– Вы меня успокоили. Я думала, вы сейчас скажете, что в нем водятся привидения!

– Почему я должна вам это говорить?

Крис вспомнила о своей подруге, известной актрисе, которая жила в Беверли Хиллз и продала дом только потому, что считала, будто в нем обитает привидение.

– Не знаю. – Крис попыталась улыбнуться. – Наверное, из-за того, что вы предсказываете будущее. Я пошутила.