– Вы особенно не переживайте. Если это поражение мозга, то в каком-то смысле вам повезло. Надо только удалить этот шрам.

– Я уже ничего не понимаю.

– Может оказаться, что это всего лишь внутричерепное давление. Надо сделать несколько рентгеновских снимков черепа. У нас в этом здании есть специалист. Может быть, мне удастся направить вас к нему прямо сейчас. Хорошо?

– Да, конечно, договоритесь с ним.

Кляйн позвонил по телефону, и ему ответили, что Регану примут сразу же.

Он повесил трубку и написал на клочке бумаги: «Комната 21-я на 3-м этаже».

– Я позвоню вам завтра или в четверг. Надо пригласить еще невропатолога. А пока что назначаю ей либриум.

Он вырвал из блокнота рецепт и протянул его Крис.

– Будьте всегда рядом с дочерью, миссис Макнейл. В состоянии транса, если это транс, она может удариться или упасть. Ваша спальня находится рядом с ее комнатой?

– Да.

– Это хорошо. На первом этаже?

– Нет, на третьем.

– В ее спальне большие окна?

– Одно окно. А почему вас это интересует?

– Закрывайте получше окно, а еще лучше, сделайте так, чтобы оно запиралось на замок. В состоянии транса она может выпасть из окна.

Крис подперла лицо руками и задумчиво проговорила:

– Вы знаете, я сейчас подумала кое о чем.

– О чем же?

– Вы говорили, что после припадка она должна сразу же крепко засыпать. Как в субботу вечером. Ведь вы так говорили? – Да, – согласился Кляйн. – Все правильно.

– Но как же тогда объяснить, что, жалуясь на дергающуюся кровать, моя дочь всегда бодрствовала?

– Вы мне про это не рассказывали.

– Но это так. И выглядела Регана очень хорошо. Она просто приходила в мою комнату и просилась ко мне на кровать.

– Она мочилась в кровати? Или ее рвало?

Крис отрицательно покачала головой:

– Регана прекрасно себя чувствовала.

Кляйн задумался на мгновение и закусил губу.