— Просто… пойдем.

Директор не смотрела на нее. Джилли поежилась.

— Пожалуйста.

Мисс Ховисон поднялась и вышла из спортзала. Потолочные лампы дневного света горели. Джилли последовала за ней мимо тренерских кабинетов, а затем в раздевалку для девочек, мимо нескольких рядов шкафчиков, а затем через еще одну дверь в душевую.

— Она здесь, — прочистив горло, сообщила мисс Ховисон.

Затем отступила на шаг назад и захлопнула дверь между собой и Джилли.

Джилли попыталась сбежать.

Там стоял Шон, и он был вампиром. Все краски с его длинного, узкого лица исчезли. Его глаза казались остекленевшими, как у наркомана; но если бы он был наркоманом, она бы об этом знала.

Он сгреб ее в охапку, обнял, словно влюбленный; она чуяла его дыхание, воняющее гнилью. Холодным он не был — скорее комнатной температуры. Она совершенно оцепенела. Ее сердце пропускало удары. Она описалась.

— Я тоже рад тебя видеть, — ухмыляясь, заявил Шон.

«Она меня подставила. Выдала ему. Вот сука».

Взяв за плечо, он потащил девушку вперед; она кричала, захлебываясь рыданиями. Он с такой силой припечатал ее рот свободной мертвой ладонью, что она испугалась, как бы он не сломал ей передние зубы.

— Заткнись, — хихикая, прошипел Шон. — Всегда мечтал тебе это сказать. Заткнись, слышишь, заткнись!

Она продолжала хныкать, не в силах остановиться. Возможно, он это понимал и тащил жертву дальше, так и зажимая рот ладонью. Его ногти вонзились ей в руку и наверняка проткнули кожу, но она этого не чувствовала.

Он втащил ее в кладовку, где хранились принадлежности для уборки: метлы, швабры, большие бутыли моющих средств. Она завизжала из-под его ладони, и он отвесил ей сильную пощечину, затем толкнул к стене. Ударившись спиной, она задохнулась и села на пол.

Захлопнув дверь, негодяй оставил ее в темноте. Всхлипывая, Джилли подползла к двери и принялась колотить.