- Ну, мы пока заслуживаем осуждения.

- Ай, не об этом. И вот он открывает люк - и все! Так, по пояс вы сунулся, говорит: «Пора! Пошел!». А я, знаешь, перед посадкой с Лоркой заболтался, вот и загрузился последний. Значит, прыгать первому. Это сейчас понятно. А тогда не допетрил, говорю: «Кто пошел?». Ну, а инструктор мне, ну, типа, не…разговаривай, прыгай. А там такая фишка - первый раз лучше вниз не смотреть. Просто делай шаг из люка - и все. А я-то, пока пререкался, уже посмотрел! Знаешь… все-таки понимаю летчиков. Бог создал некоторых людей, как и птиц - для полета. Но - не для падения.

- Философ! Короче!

- Короче? В общем, обернулся я в страхе, а там - взгляд Лариски. Серый такой, как тучки, в грозу собирающиеся. Это что, она меня за труса приняла? Да я ради того, чтобы опровергнуть и без парашюта бы сиганул! В общем, рванулся я вниз… А дальше… Съезди в область, прыгни. Поймешь. А потом была полянка парашютистов. Костер. И вино. Нет, подешевле. Да, нам было по шестнадцать, но мы уже были крещенные небом! Ай, не улыбайся. По сравнением с теми чувствами, с тем восторгом, с тем… тем… крещение в следователи, с этим трупом, в лейтенанты - все это… А потом мы шли через лесок к автобусной остановке. Ты понимаешь, что не все вместе. И я… я… просто стеснялся Лариску поцеловать. Нет, уже тогда умел. После электрички. Нет, это - другая история. Но тогда, тогда… С тех пор и…

Доходит. Напряглась вся.

- Так чего же вы?

Убивать уже или все- же подождать? Нет, око за око.

- Она институт заканчивает. А мне надо вот… ну, не сюда же ее везти?

Ну вот я и отомщен.

- Так зачем тебе была эта… эта…

- Людмила? Да… Наверное, умопомрачение какое-то. Но я благодарен тебе за то, что…

Но как держит удар! Или, догадалась о чем?

- Не стоит благодарности! Допьем - и по домам.