- Никто не собирается, но смерть всегда бродит где-то неподалеку. Я не хочу пугать тебя, - улыбнулся магистр. - Но если я вдруг отдам богу душу, тебе стоит уехать в провинцию. И чем она будет глуше, тем лучше.

  - В деревню? - в голосе Дарвея послышалось сомнение.

  - Да. Переждать там пару лет, а потом купить дом в маленьком городке как можно дальше от столицы. Ты хорошо устроишься. Деньги для тебя никогда не были проблемой.

  - Я желаю вам хорошего здоровья и долгих лет жизни, - искренне сказал Дарвей.

  - Испугался перспективы провести остаток жизни в деревенской глуши? - По губам Кармисса скользнула лукавая улыбка. - Овечки, фруктовые сады и пшеничные поля тебя не привлекают? А как насчет молодых пастушек?

  - Ну, я все-таки монах...

  - Расскажи это кому-нибудь другому, - фыркнул магистр. - Я все знаю о твоих похождениях! Такие как ты, только портят репутацию ордена.

  - Все мои похождения происходят в гражданском платье и на репутацию ордена нисколько не влияют, - заметил Дарвей. - И я знаю меру.

  - Не забывай, что мои агенты есть везде - даже в борделях. Нечего делать такое удивленное лицо... Все-таки, я должен быть к тебе более строг, а то что-то ты совсем распоясался.

  - Я исправлюсь.

  - Звучит крайне неубедительно, - проворчал Кармисс. - Скорее уж солнце превратится янтарин. Кстати, тебе уже доводилось пробовать эти фрукты?

  - Нет.

  - Мне тоже. В моем возрасте не до новшеств, - устало сказал магистр, подпирая рукой подбородок. - Пожалуй, я еще немного почитаю, а ты возвращайся к себе. Займись раной, отдохни. Я еще встречусь с тобой, но позже.

  - Как вам будет угодно. Доброй ночи.

   Дарвей поклонился и растворился в темноте тайного хода. Кармисс немигающим взглядом смотрел на огонь, а потом достал из внутреннего кармана свернутый вчетверо лист бумаги. Он нарочито медленно расправил его и, сжав губы в тонкую линию, пробежал глазами.