Он сейчас здесь, в Санкт-Петербурге; город стал Петроградом лишь на бумаге, но каждая уважающая себя лавка, каждый синематограф писался "С.-Петербургский", а по приверженности слову "Петроград" узнавали приезжих. Господин Лихарев сейчас где-то здесь, значит, ничего хорошего ждать не приходится. Это птица высокого полета, и притом стервятник. Если бомбы закладывать - так не ниже Государственного Совета, если стрелять - так в председателя Совета министров. Учитель, Купидон гимназический...

"Основной причиной возвращения к активной политической деятельности следует считать запрет на соцпартии 2006 г. С 2007 член ЦК РСП, "оперативный тактик" БО РСП. Принимал участие в [замазано черным]. Автор [замазано черным]. Входил в многопартийный штаб Майского переворота. Источники: [замазано черным]. По [зачеркнуто, сверху надписано "оперативным данным"] входил в руководство инсургентов в Москве и области в период боевых действий (с 11 по 14 мая сего года). 12 мая был заочно включен во Временное Правительство в качестве министра внутренних дел. Вышел из состава 16 мая. По [зачеркнуто] неофициальным данным числится в розыске. По [замазано черным, надписано сверху "фактически предоставленным нам Москвой"] оперативным данным в настоящий момент находится в Петрограде".

[От руки] "Чертов Гевара."

Почему-то именно эта скопированная бездушным аппаратом беглая надпись в пустой трети последнего листа и вывела Анисимова из себя.

- Зимой снега не выпросишь! - рявкнул он пустому кабинету, скомкал листы и швырнул в мусорную корзину.

Промахнулся.

Очнувшись, устыдившись недостойного выплеска чувств, директор принялся размышлять.