Но разве их магия делает их такими? Я не знаю наверняка, какова в этом заслуга их песнопений и ритуалов, и не думаю, что даже ОНИ это знают - они цепляются за свои обряды, потому что не могут их отбросить - но какая сила превращает человека в вампира, не знает никто. Сила дьявола? Не думаю. Я не верю в дьявола - мне кажется, это что-то в крови. По-моему, вампиризм может быть чем-то вроде болезни, но такой, что делает человека сильнее, а не слабее, защищает его от смерти вместо того, чтобы убивать. И если дело именно в ЭТОМ... теперь ты понял, почему леди Кармилла спрашивала, смотрел ли я на кровь в микроскоп?

Ноэль смотрел на инструмент секунд двадцать, обдумывая слова отца, потом рассмеялся.

- Если бы мы ВСЕ смогли стать вампирами, - весело сказал он, - нам пришлось бы пить кровь друг у друга.

Эдмунд не мог позволить себе подобной иронии. Для него возможности, вытекающие из раскрытия секрета природы вампиров, были куда более близкими и совершенно мрачными.

- Неверно, что им НУЖНО пить людскую кровь, - сказал он сыну. - Они не питаются ею. Она дает им... что-то вроде наслаждения, непонятного для нас. И это часть мистики, делающей их столь ужасными... и потому столь могущественными. - Он смутился и смолк. Он не знал, сколько известно Ноэлю о его источниках информации. Он никогда не говорил с женой о днях его связи с леди Кармиллой, но невозможно оградить уши мальчика от сплетен и слухов.

Ноэль снова взял фляжку, и на этот раз сделал более долгий глоток.

- Я слышал, - холодно произнес он, - что и люди тоже находят удовольствие... когда пьют их кровь.

- Нет, - спокойно ответил Эдмунд. - Это ложь. Если только не считать небольшого удовольствия от сознания принесенной жертвы. Удовольствие, которое получает мужчина от женщины-вампира, точно такое же, как и от женщины обычной. Возможно, для девушек, развлекающих вампиров-мужчин, дело обстоит по другому, но я подозреваю, что тут всего лишь возбуждение от надежды, что они сами могут стать вампирами.