Пройдя через обширную кают-компанию, все трое остановились перед большим открытым люком. Два морских пехотинца, по одному справа и слева от люка, встали по стойке «смирно» и взяли оружие на караул. Пил отдал честь и доложил о своих спутниках:

— Имею честь представить члена Совета Фредерико Хосе Ромеро и гражданина Сэма Мак-Кейда!

Внезапно из люка выскочила стройная женская фигура в летном комбинезоне и повисла на шее Мак-Кейда. Она целовала и обнимала его, успевая в тоже время без устали бранить:

— Отправиться на ледового кота в одиночку! Ты самый безнадежный дурак из всех, которых я встречала в своей жизни! Скажи, ты не ранен? Ведь ты весь в крови! Нет, но как ты мог?!

Мак-Кейд прижал свои губы к ее рту и в миллионный раз поразился тому, что это восхитительное создание было дочерью того самого человека, который отправил его на суд военного трибунала. Они замерли в объятиях друг у друга, и на краткий миг в отсеке воцарилась тишина. Затем женщина решительно отступила, сказав:

— О нет, и не надейся, Сэм Мак-Кейд! Ты так легко не отделаешься, во всяком случае, пока не признаешь, что вел себя как глупец.

Мак-Кейд наклонил голову и посмотрел в большие, орехового цвета глаза, сиявшие над прямым, решительным ртом. Ужасный белый шрам рассекал нежный овал ее лица. Вместе со своей матерью она находилась на борту лайнера «Марс», когда пираты атаковали его, взяв на абордаж. Они ворвались через главный шлюз, и Сара встретила их, сражаясь плечо к плечу вместе с экипажем корабля. Сохраняя полное самообладание, девушка вела прицельный огонь и убила по крайней мере двоих из нападавших, пока удар абордажной пики не лишил ее сознания, оставив на всю жизнь обезображенное шрамом лицо.

В известном смысле эта рана оказалась для нее спасительной. Вместо того чтобы продать ее в рабство, пираты оставили Сару у себя в качестве заложницы, надеясь получить богатый выкуп.