Когда двигатели корабля были заглушены и отключены от цепей питания, Мак-Кейд потратил несколько минут на то, чтобы с помощью телемониторов познакомиться с обстановкой вокруг корабля. Самые разнообразные наземные машины неслись вперед и назад, спеша по своим делам, взлетали и приземлялись космические корабли, но, судя по всему, никто не проявлял интереса к «Пегасу». Что же, неплохо. Охотнику понравилось такое невнимание, хотя он понимал, что оно еще ничего не значит. Ведь теперь и Клавдия, и все, для кого это было важно, знали, что Мак-Кейд уже здесь. Перед отлетом он рассматривал вариант прибытия на Терру инкогнито, однако по зрелом размышлении отбросил эту идею. У него не было сомнений, что, несмотря на все защитные системы Терры, он смог бы проскользнуть незамеченным. Беда в том, что на это просто нет времени. Чтобы подготовить и успешно выполнить скрытный перелет, нужны недели, а то и месяцы. Кроме того, если верить Уолту, существовал лишь один человек, который мог знать, откуда начинать поиски принца. Это была женщина, судя по всему — одна из лучших подруг Клавдии. К чему же тогда тратить время на соблюдение секретности, если затем все равно придется действовать открыто?

По этой причине Мак-Кейд решил действовать открыто. Приземлиться и не мешкая установить контакт с леди Линни. Фил и Рико должны будут ограждать Мак-Кейда от всяких попыток помешать выполнению задачи. Следуя этой тактике, они решили остановиться в отеле. Конечно, оставаясь на борту корабля, они были бы в большей безопасности. Но в этом случае упрощается задача вести наблюдение за ними, тогда как им самим становилось гораздо труднее уйти от слежки. А большой отель всегда дает надежду, что можно затеряться в его суете и многолюдье, оставив ищеек с носом. Действуя быстро и решительно, они вполне могли рассчитывать на успех без особых осложнений.

— И с не меньшей вероятностью мы можем рассчитывать на встречу с летающими коровами! — пробормотал про себя Мак-Кейд, закрепляя пистолет на левом бедре. В честь столь большого события он надел новый костюм из черной кожи, скрипевшей при каждом его движении.