- Эти империалисты, они что, от нас отвернулись? Стоят лицом к стене.

- Это барон Синн и его дружки. У него вечно были какие-то тайны с моим папашей. Подозреваю, что он шпион. Наверное, он вообще жалеет, что попал сюда, учитывая внимание прессы, и все такое прочее.

- Да за чем тут шпионить? Провинциальная планетка, и довольно далеко от границ, чтобы иметь хоть какое-то стратегическое значение.

- Надо же ему как-то на хлеб зарабатывать.

В оркестре, парящем под потолком с помощью антигравитационных устройств, запели фанфары. Народ начал разбиваться на парочки, выстраиваться в ряды.

- А-а-а, - понимающе протянул Майджстраль. - "Паломничество в Коричный Храм". Составишь мне компанию?

- С радостью, сэр.

"Паломничество" прежде представляло собой куда более веселую пляску и называлось "Пойдем на Ярмарку", но восемьсот лет назад, в годы правления пожилого, страдавшего артритом императора, темп танца замедлился и он получил более сдержанное название. У этой перемены оказались необычные преимущества. Из-за того, что происходила частая смена партнеров, медленный темп позволял успеть обнюхать уши, обменяться приветствиями и остротами, а если у тебя острот недоставало, ты мог смело отпускать одну и ту же каждому партнеру, не боясь наскучить. Поэтому "Коричный Храм" стал на редкость подходящим танцем для заведения знакомств.

Фанфары запели вновь, и танец начался. Майджстраль обнял свою партнершу и обнюхал ее уши.

- Навестишь меня завтра? - спросила Николь.

- С удовольствием, - ответил он.

Николь пошла по кругу около Майджстраля, держась прямо и согнув в локте руку так, словно на ней висела воображаемая корзинка.

- Можешь зайти в шестнадцать? В восемнадцать мне надо посмотреть имитатора Элвиса, и ты, если захочешь, можешь сопровождать меня.

Майджстраль сделал антраша.

- Тогда я оденусь соответственно.

- Одному Богу известно, на что это будет похоже, - вздохнула Николь. Наверное, он даже "Отель, где разбиваются сердца" толком спеть не сумеет.