Не выдержав, я бросилась к водителю, где собралась целая очередь из желающих высказаться. Перекричав эту толпу, я завопила:
– Эй, ты, ты мою подругу изувечил. Немедленно останови, нам надо врача вызвать!
– Не имею права останавливаться между остановками! – огрызнулся парень за рулем.
– Да что ты за водитель! – кричала толпа вокруг. – Вешать таких мало!
– Да что вы привязались! Я уже час как водитель! Вожу, как умею. И вообще заткнитесь, а то остановку проеду.
От ужаса народ на мгновение смолк. Люди лихорадочно озирались, ища какой-нибудь поручень понадежнее. Я первая увидела стремительно приближающуюся остановку:
– Ложись! – дурным голосом завопила я и, не дожидаясь начала торможения, плюхнулась на пол и сунула голову под ближайшее сидение. Как показала жизнь, я была совершенно права. На этот раз водитель переплюнул сам себя. Автобус, похоже, не просто мгновенно остановился. Мне показалось, он как-то подпрыгнул на всех своих колесах и на секунду завис в воздухе. Людишки вокруг повалились, как кегли. Я чувствовала тяжелые удары по телу и тихо радовалась, что спасла хотя бы голову.
На этот раз взрыва народного негодования не последовало. Салон наполнился плачем и стенаниями. Практически все пассажиры, кроме наиболее травмированных, быстренько выкатились в открытые двери, на ходу плаксивым голосом изрыгая проклятия. В автобусе остались кондуктор, мы с неподвижно лежащей Оксаной и еще одна девушка, сидевшая на полу. Похоже, у нее была вывихнула нога. Двери закрылись, и «Икарус», как ни в чем не бывало, бодро поскакал себе дальше.