— Мне туда? — поинтересовался Мартин.

Молодой священник весело глянул на него:

— Думаю, что в этот раз обойдёмся менее калечащими методами.

Мартин заприметил у него над алым треугольником — три года служения — ещё и восьмёрку, лежащую на боку. Знак касты Хранителей — именно эта часть орденской братии и умела возвращать Отринутые Чувства.

— Закатайте рукав…

Мартин подчинился, с любопытством наблюдая за манипуляциями молодого священника. Тот прижал иньектор к сгибу локтя Мартина — короткое шипение и всё. Затем поставил на запястье временную татуировку:

— Как только она пропадёт, действие индульгенции закончится.

— Что там? — кивнул Мартин на иньектор, растирая сгиб локтя — место укола заныло.

— Если коротко, полисахаридная цепочка — она перестроит выделение ферментов в гипофизе так, что вы сможете испытывать ненависть.

— А если длинно…?

— Тогда, думаю, всех денег картеля Недин не хватит для оплаты моего ответа.

Мартин вежливо склонил голову и не стал настаивать.

— Благодарю, — бросил, уже выходя из кельи.

— Пусть помощь Ордена окажется вам полезной.

На улице в глаза плеснуло ярким летним солнцем и на мгновение у Мартина закружилась голова — слишком разительным оказался переход от сумрака подземелий Храма к ослепительному сиянию мегаполиса.

Но рядом прошуршала воздушная подушка, мягко хлопнула дверца, и шофёр уверенно поддержал хозяина за локоть:

— Осторожнее, господин Недин. Куда вас отвезти?

— Домой, Михаил, домой.

Удобно устраиваясь в мягком кожаном сиденье, Мартин бросил взгляд на запястье — тёмным золотом искрились буквы «A.M.D.G.

Мартин стремительно взбежал по гранитным ступеням крыльца, дворецкий еле успел отшатнуться:

— Добрый день, господин Мартин. Вы решили не лететь на Фобос? Но ваш отец настаивал на вашем участии в саммите глав картелей.