Первым долгом матросы разложили костер, и я подсел к огню. Я сел так близко, что искры летели мне в лицо и угли обжигали ноги через подошвы ботинок. Но дрожь не проходила, я по-прежнему стучал зубами, и все время просил принести еще сучьев.

Складывая возле меня охапки хвороста, негр сказал с жалобным удивлением: "Кажется, я отморозил себе уши. Как вы думаете, скоро это кончится, мистер?"

Я не ответил. Как это бывает у больного, мои мысли казались мне громче, чем голоса окружающих. А думал я одно и то же: снег растает. А дальше, что?

Потом к костру подошел Джо и сказал: "Шлюпка отплавала свое, в хозяйстве из нее выйдет хорошее решето. Я боюсь, что нам придется поселиться здесь. Мистер будет Робинзоном а мы все - Пятницами"

- А ты, Джо, попугаем Робинзона, - желчно отозвался итальянец, - тебе лишь бы поболтать.

Добродушный Джо рассмеялся громче всех.

- По-моему, здесь не так уж плохо, - сказал он. - Свежемороженые фрукты в любом количестве и крабовые консервы в банках из собственной скорлупы. И, вдобавок, сколько угодно льду, чтобы приготовлять коктейли.

Я слушал, морщась. Шутки Джо мешали мне сосредоточиться. А я должен был решить: что же делать дальше. Но в это время негр, стоявший в сторонке, крикнул:

- Пароход! Идет прямо сюда!

Все сразу вскочили на ноги.

- Какой пароход? "Уиллела"?

- Нет, непохож. Небольшой, однотрубный...

- Разжигайте костер! Бросайте сырые сучья! Пусть дымит сильнее!

Смогут ли они подойди близко?

- Шлюпку спускают... Надо им показать, где причалить.

Все с удовольствием следили, как приближается шлюпка, то подпрыгивая на волнах, то проваливаясь между ними. И только я назойливо думал "Увезут нас отсюда. А что дальше?"

Джо первый разглядел на корме парохода полосатый американский флаг.

- Ребята! - крикнул он, - держитесь, мы едем прямо в Штаты.