- А можно поинтересоваться - кто твои родители? - спрашивает он, отпив глоток сока, оказавшегося теплее, чем ему хотелось.

- Отец у меня торговец шерстью, - отвечает Джилл. - Мама была певицей из Сутии. Ни сестер, ни братьев у меня нет... пока.

Из слов собеседницы Доррина явствует, что ее матушка умерла, а отец женился во второй раз, и новая супруга может родить ему детей.

- Наверное, тебе было непросто расти без мамы.

- У меня была няня. И потом, с папой было так интересно! Он брал меня с собой в торговые поездки, даже во Фритаун. У меня имелись свои лошади, и я даже училась у одного отставного стража владеть клинком. Ну а ты?

- Моя жизнь была не столь интересной. Отец мой - маг воздуха, а матушка - целительница. И мне отродясь не случалось бывать дальше от дома, чем я сейчас. Во всяком случае, телесно.

Он отправляет в рот полную ложку плавающего в соусе мяса.

- Телесно?

Чуть не поперхнувшись, Доррин машет рукой, проглатывает кусок и лишь потом поясняет:

- Ну, когда ты следуешь за ветрами, твое сознание отделяется от тела. Правда, не скажу, чтобы я здорово в этом поднаторел. Загвоздка как раз в том, что отец во что бы то ни стало хочет сделать из меня мага, а мне охота стать кузнецом... ну, на худой конец, целителем, - говоря все это, Доррин примечает перебегающий с него на Джилл взгляд Кадары, но лицо рыжеволосой девушки остается совершенно бесстрастным. Да и с чего бы ей беспокоиться? Ведь она сама от него, можно сказать, сбежала.

- Вы не против, если мы здесь присядем? - спрашивает маленькая блондинка с бледно-зелеными глазами. Рядом с ней, с подносами в руках, стоят парень ростом с Брида и стройная черноволосая девица.

- Садитесь, - отвечает Доррин.