И одновременно возбуждение-подъем. Андрей медленно проковылял мимо автостоянки. Из нутра "чероки" доносилась жизнерадостная музыка. Сквозь заднее окошко джипа смутно просматривался силуэт человека. Две другие машины были пусты. Свернув за угол, Ласковин зашел в первый же подъезд, проглотил таблетку болеутоляющего и присел на подоконник. Выждав минут десять, он вынул из кармана плаща "трофейный" пистолет ("Carl Walter Waffenfabrik Ulm/Do, Modell TPH Cal. 6.35" - явствовало из гравировки на корпусе) и переложил в левый карман куртки. Пистолет был небольшой, смахивающий на игрушку, но, как Ласковин уже убедился, достаточно смертоносный. В нем оставалось еще два патрона. "Помоечный" плащик Андрей оставил на подоконнике. Вряд ли кто-то на него польстится. На стоянке у ТОО ничего не изменилось. В джипе по-прежнему играла магнитола. Андрей присел у заднего колеса, выждал некоторое время, затем, пригнувшись, подобрался к правой дверце. Осторожно попробовал. Открыто. - Ы! - сказал любитель музыки, когда ствол пистолета, из которого все еще несло порохом, уперся ему в нос. И по собственной инициативе поднял руки. В правой трубка переносного телефона. - Положи, - сказал Андрей. - Уронишь. - Не убивай меня, - почему-то шепотом попросил "тоболец". Ласковин взял его свободной рукой за мягкое теплое ухо. - Сколько ваших внутри? - осведомился он. - Слушай, не стреляй, ладно? - Я о чем-то спросил, - напомнил Ласковин, выворачивая ухо градусов на сто двадцать. - Не шевелись! - предупредил он дернувшегося и зашипевшего от боли бандита. - Сколько ваших внутри? - И ткнул стволом в ноздрю "тобольца". - Т-трое... - выдавил любитель эстрады. Ласковин выпустил ухо и нанес бандиту аккуратный удар в челюсть. Трое - это для него, теперешнего, чересчур. Открыв левую дверцу, Ласковин выпихнул обмякшего "тобольца" наружу, отметив, что организм больше не реагирует всплеском боли на каждое движение. Часа на два он снова человек. Правда, лучше не слишком напрягаться. Двигатель джипа работал. Ключи на месте.