Вот тут многие писатели, да и читатели тоже, любят всунуть продолжительный кусок действия, страницы на две или три, описывая процесс приготовлений главного героя. А еще лучше героини, особенно хорошенькой. Надо обязательно указать, что он или она долго ходит по комнате, собирает по шкафам да сундукам различные платья, обувает обувь, подпоясывается поясом, накидывает накидку, да и вообще, занимается самыми обычными делами. После чего долго смотрит в окно на падающие снежинки, размышляя о себе и о своей доле в вечности, и только когда верный друг или преданная подруга напоминает, что время как бы все время идет, отправляется в путь. Зак, увы, ничем подобным не занимался, а потому и описывать особо нечего. Он уже был и одет, и обут, надо было разве что написать записку первому министру, что-то вроде «уехал по делам, скоро приедет Оо будет вами командовать, а пока покомандуй сам», и все. На этом сборы были торжественно закончены, и в компании Гердера знакомым читателям первого романа тайным путем Зак покинул свой дворец. После чего, отсалютовав страже, привыкшей к внезапных уходам правителя «в народ», запрыгнул на завза, и поскакал вперед, за Гердером. То, что он покидает родной дом, город, страну, не вызывало в Заке никаких сентиментальных или ностальгических чувств; единственное, о чем он сейчас думал — как бы поскорее пересечь горы и заняться поисками родителей. При этом даже мысли о том, что Гердер может использовать его для каких-то своих целей, у Зака не возникло. Кстати, совершенно справедливо, так как едва ли не впервые в своей жизни правитель Оиса поступил не из расчета, а руководимый чувствами. Наверно, возраст сказывался — все люди со временем теряют часть прагматизма, становясь сентиментальными и чувствительными.

Хотя и списывать Гердера со счетов политиков, привыкших всегда добиваться своего, было еще ой как рано. И характерным примером того было «посольство», им приготовленное. Как бы так понагляднее описать, что оно из себя представляло… Если в общих чертах, то сотню массивных мускулистых парней с небольшими головами, которые всем своим видом пытались сделать вид, что они — мирные дипломаты, что мечи, луки, копья, арбалеты и прочие оружия убийства, выпирающие из под парадных костюмов, на самом деле не существуют.