- Я же сказал - исключено, - бесцветным голосом возразил Дмитрий. - Мне нечего добавить к сказанному. И для меня нет особой разницы, кто вы - бес, колдун, разработчик психотронного оружия или ещё какой фрукт. Главное - мы с вами по разные стороны.

- Это с Тёмными мы по разные стороны, - напомнил Антон. - А с вами мы в одной лодке. Мы - Светлые.

- Евангелие читали? "Кто не со Мною, тот против Меня", - Дмитрий старался подавить нахлынувшее раздражение, но получалось не очень. - Вы с Церковью несовместимы. Значит, и для меня вы чужие. И что теперь? Расстреляете?

- Тёмные, пожалуй бы, и расстреляли, - пожевал губами Антон. - А мы так не можем. Нетривиальная ситуация. Вот что, Дмитрий Александрович, давайте на сегодня закругляться. Думайте. Но от души советую вам не затягивать с решением. Договорились? Ну тогда счастливо.

И он исчез. Мгновенно. Был - и вот стул хранит отпечаток его зада. Даже не "яко дым", а "чик - и готово".

- Господи! - с чувством произнёс Дмитрий. - Пускай уж лучше это будет шиза!

5.

Народу в храме было всего ничего. Несколько обременённых свободным временем старушек, пара-тройка закутанных до глаз в тёмные платки женщин, стайка молоденьких девчонок на клиросе. Ясное дело, понедельник, да и никакого особого праздника. Но литургия служится по уставу, ровно в семь утра отворяются Царские Врата, раздаётся зычный голос священника: "Слава святей, единосущной и нераздельной Троице".

Только вот сегодня голос был другой - негромкий тенорок. Отец Николай, по словам тётки у свечного ящика, опять заболел, и вместо него служит отец Георгий.

Дмитрий расстроился. Он-то рассчитывал исповедаться духовнику. И вот на тебе - ухмылка судьбы. Или наоборот, Господня воля? В конце концов, самое главное сейчас - это исповедаться, а значит, годится любой батюшка. Он же только свидетель... Но вот поймёт ли его отец Георгий, священник хоть и давно здесь служащий, но малознакомый? Честно сказать, не производил отец Георгий особого впечатления.