Дмитрию повезло - в понедельник у него были только четвёртый и пятый уроки, времени хватало. Аня, конечно, удивилась, чего он вскочил в такую рань. Пришлось ответить честно - в храм надо, очень тянет. К счастью, кроткая Аня не стала устраивать ему допроса. Недостатков у неё, вообще-то, немало, но достоинства всё-таки перевешивают. К числу достоинств относилась и деликатность. Единственное, чем она поинтересовалась - это готовить ли завтрак?

- Ни в коем случае, солнышко, - воспротивился Дмитрий. - Причаститься хочу. Понимаешь, надо.

- Ты почти всю ночь не спал, - глядя в сторону, заметила Аня. - Сопел мне в ухо, брыкался... Не заболел ли?

Он действительно ворочался всю ночь с бока на бок. После вечернего разговора уснуть было просто невозможно. Взбаламученные мысли не удавалось успокоить ни молитвой, ни переучётом слонов. Казалось, так легко внушить себе: всё это лишь бесовское наваждение! Всё это лишь привиделось в "тонком сне". Но грызли сомнения. Выползали из тёмных закоулков мозга, юркие червячки, и грызли упорно, деловито. Хуже чем зубная боль.

Дмитрий заблаговременно приехал в храм минут за пятнадцать до начала службы. Рассвет уже растекался по улицам, пока ещё пустым. Через час, не раньше, они заполнятся спешащими на работу гражданами. А в этот час - полное ощущение, будто людей на Земле больше нет. Если кто и остался - так это загадочные Иные. Отдельные представители которых спешат исповедаться и причаститься. Он тут же задавил сомнительную шутку молитвой. Не хватало ещё всерьёз поверить в этот бред!

В храме он успел перехватить отца Георгия, когда тот за пять минут до начала литургии вышел из алтаря.

- Батюшка, - взволнованно заговорил Дмитрий, - мне срочно надо исповедаться. Я попал в очень странную историю... а духовник мой, отец Николай, как на грех, болен.