Наконец "направление" привело его к оплывшему под собственной тяжестью длинному восьмиэтажному дому, некогда окрашенному жёлтой краской. Сейчас невозможно было и сказать, какого же цвета эти грязные, облупившиеся стены. Небось, капитального ремонта не делали никогда. Из принципа. Как тут только люди живут?

В доме, изгибавшемся буквой "г", имелось множество подъездов - как обычных, жилых, так и занятых под офисы. Все - со двора. И куда теперь?

Холодок сейчас же скользнул по щеке. Ага... Вон туда, значит. Подъезд жилой, кодовый замок вырван с мясом, чернота распахнутой двери - точно пасть какого-то доисторического чудища. Например, гигантской гиены.

Дмитрий не вошёл - вбежал внутрь, в душную, влажную тьму. Трубы, что ли, у них протекают? Комарьё, наверное, круглый год водится. Господи, ну что за идиотские мысли?

В подъезде пахло кошками, кислой капустой и мочой. Лампочка, понятное дело, разбита, и свет сочится лишь сверху, с лестничной площадки пролётом выше, там окно.

Повертев головой, он поймал холодную струйку и неуверенно, на всякий случай выставив вперёд ладонь, двинулся в нужную сторону. То есть вбок, влево.

Он сперва нащупал и лишь потом с трудом разглядел дверь. Основательная дверь, обитая кровельным железом... или это цинк? Видимо, там, за дверью подвал. А в подвале - Люда. А на двери - мощный навесной замок.

И что теперь? Время утекало сквозь пальцы. Дмитрий подергал дужку - вдруг держится на честном слове? Нет, заперто на совесть. На чью-то вымазанную дёгтем совесть.

Бежать куда-то, искать лом? Или какой другой инструмент? Как-то вот за тридцать лет не довелось узнать, чем сбивают замки. Нет, некогда. Скоро... он чувствовал, скоро должно случиться что-то нехорошее. Может случиться.