Именно это оборудование и запас продовольствия для обитателей станции должен был доставить экипаж Круглова. Должен. После неожиданного мощного выброса на Солнце в реакторе произошел взрыв. Такого просто не могло случиться.

Прочность и надежность реактора рассчитывались специалистами, которые старались учесть все внешние факторы, затрудняющие его эксплуатацию, но взрыв все-таки произошел в. тот момент, когда планетолет должен был приступить к торможению.

- Накрылся реактор, Алексей Николаевич? - не выдержал и нарушил молчание бортинженер.

- Откуда я знаю? - хмуро пробормотал Круглов, освобождаясь от скафандра и нащупывая ремень, закрепляющий экзоскелет на теле. - Его просто нет. Оторвало вместе с хвостовой частью лайтинга.

- Похоже, застряли мы, - вздохнул бортинженер. - Это я во всем виноват, Алексей Николаевич. С рождения невезучим был. Даже в школе меня всегда спрашивали, если я не заглядывал накануне в учебники. Рок! Да и потом. - Он безнадежно махнул рукой. - И что дальше?

- Думать будем, - сказал Круглов.

- Безнадега, - снова вздохнул бортинженер. - Передатчик тоже не работает, зипы накрылись, и заменить испорченные блоки нечем. Похоже, не выберемся. Кто ж знал, что столкнемся с импульсом такой мощности?

Круглов поиграл желваками на скулах.

- Положение аховое, - согласился он. - Только ты мне своим нытьем пассажиров в транс не вгоняй. Не хватало еще с истериками возиться. А в нашем положении у любого может крыша поехать. Давай, Миша, так - ты пассажиров на себя возьмешь, а мы с Ярницким мозгами раскидывать станем. Найди, какой работой пассажиров загрузить. Сам знаешь - когда человек делом занят, он держится лучше и не раскисает.

- Чудес на свете не бывает, - тоскливо сказал бортинженер, но по глазам его было видно, что если ему во что и хочется поверить сейчас, так это в возможность чуда. Круглов его понимал. Никогда не хочется думать, что костлявая сидит у тебя за спиной и готова в любой момент окликнуть.