- Вдруг партизаны переодетые?

- Станут партизаны среди белого дня на мотоциклах раскатывать! Они в лесу затаились и картошку последнюю доедают.

- Месяц назад пятерых в роте убили! - возразил Романчук.

- Тебе, дурню, место освободили! - хмыкнул мордатый. - Сидел бы в деревне да клопов давил. А так корову дали, муки мешок, форма, вон, какая! Жених! Немца от партизана всегда распознать можно: сытые, справные.

Передний немец, кативший мотоцикл за руль, словно в подтверждение слов старшего поста поднял голову, и полицейские увидели мокрое от пота, явно не худое лицо.

- Второй тощенький, - сказал Романчук.

- Люди, как коровы, разные бывают. Другую кормишь-кормишь, а у нее - рога да хвост, - философски заметил мордатый.

Тем временем немцы подкатили мотоцикл к посту, передний достал из кармана носовой платок и вытер мокрое лицо.

- Бензин? - сказал, указывая на мотоцикл.

- У них горючка кончилась! - догадался мордатый. - Бензин у господина начальника, там! - он указал в сторону поселка. - По этой улице и сразу увидите!

- Ком!

- Чего? - не понял мордатый.

- Шиб ан! - немец сделал руками движение будто толкает кого-то и указал на мотоцикл. - Ком!

Мордатый понятливо закивал.

- Романчук! Помоги господам офицерам!

- Почему я? - насупился молодой полицейский.

- Меньше орать будешь!

- Один не справлюсь! Они вдвоем толкали!

- Пилипенко поможет.

Третий полицейский, все это время хранивший молчание, забросил винтовку за спину и взялся за ручки мотоцикла.

- Покататься бы на таком! - вздохнул Романчук, пристраиваясь за седлом.

- Рылом не вышел! - напутствовал мордатый.

- Шнель! - поторопил немец, и процессия из четырех вооруженных мужчин и одного мотоцикла, направилась в поселок. Полицейские катили мотоцикл, немцы важно шагали позади.